Поддерживая ту часть российской оппозиции, которая не признает субъектности Киева, Запад финансирует стратегии Кремля.
Верховный суд РФ снял "Яблоко" с выборов. Лидер партии Николай Рыбаков отчеканил: мы представляем людей, которые "хотят жить в России и хотят, чтобы их не убивали". Историк Дмитрий Шушарин считает, что это не антивоенная позиция, а охранительная попытка "сохранить себя в людоедской системе" – чтобы РФ просто "сосредоточилась и продолжила войны". И добавляет: "Дерьмо. Что-то изменится, если найдутся люди, которые не хотят убивать". Либеральные медиа тут же закричали о репрессиях против антивоенно настроенных русских. Виталий Гинзбург видит иначе: показательное устранение лишь продает Западу нужную Кремлю иллюзию – "антивоенная партия в РФ есть и она опасна". Ну чисто чекистская операция "Трест".
Посмотрим, с чьих плеч Рыбаков эти слова произносит. В декабре 1994 года депутаты "Яблока" во главе с Григорием Явлинским отправились в Чечню, добиваясь освобождения военнослужащих и пытаясь предотвратить войну. Речь шла не только о том, чтобы российских солдат "не убивали" – но и о том, что государство не вправе решать политическую проблему через войну. В марте 2014 года Политический комитет партии официально потребовал прекратить силовое давление в Крыму, соблюдать территориальную целостность Украины. Явлинский называл аннексию аннексией. Тогда никому в "Яблоке" не нужно было объяснять, что Украина является субъектом, а не декорацией российского политического процесса. И когда именно из этой традиции исчезла Украина?
Зато становится более понятно следующее: антивоенная риторика русских существует в двух разных версиях.
Первая: война это плохо, потому что русские гибнут, экономика страдает, семьи разрушены, растет цена войны для русских. Такую позицию нельзя назвать прокремлевской, но и реальным политическим инструментом она не является. Без требования вывода войск и признания вины это всего лишь торг об условиях оккупации.
Вторая: война это плохо, потому что украинцы имеют право на жизнь, суверенитет и победу, а русские это право нарушают и убивают украинцев.
Первый нарратив означает согласие с войной, когда потери меньше, и с ним солидарно "Яблоко".
Второй – нет.
Оговоримся: признание ответственности ведет к уголовному преследованию в РФ по статье о "дискредитации армии", и требовать самоубийства от оставшихся там подло.
Поэтому мы обращаемся к западным аудиториям, редакциям, фондам и правительствам, от которых зависит – кого из эмигрантской оппозиции надо усиливать, кому давать платформу и кого финансировать. Надо задать эмигрантам всего один квалифицирующий вопрос: признают ли они право Украины на победу?
Если ответ отрицательный – это не союзник, а грантоед, заботящийся о "своих избирателях в РФ" и снижении цены агрессии для русских. Эта часть оппозиции может быть искренней, полезной, и даже служить инструментом давления на Кремль, но без поддержки Европарламента, прессы и грантов. Борис Бондарев сформулировал оферту: назови войну войной, признай вину, потеряй активы в РФ. Но почему-то значительная часть эмигрантов получает гранты без выполнения условий оферты. Прямо как Мельниченко с подарком от The Economist.
Настоящие союзники Украины говорят только о вине и ответственности. Это простой критерий для понимания того, кто из эмигрантов ценен для победы Украины, а кто работает на Кремль, даже не работая на него. В этом и состоит одна из наиболее совершенных технологий Москвы: вовсе не обязательно вербовать каждого, кто полезен. Определяются границы допустимого политического пространства, внутри которого люди могут совершенно искренне спорить с властью – и при этом воспроизводить именно ту картину мира, которая власти необходима. Партия может искренне считать себя антивоенной, Кремль может показательно снимать ее с выборов – а результатом все равно становится дискуссия, в которой обсуждается судьба павших на войне русских, а не право украинцев не быть убитыми. Кремль настолько навязал свою картину мира (Юрий Безменов называл это рефлексивный контроль), что на него работают даже те, кто с ним никогда не соглашался. И в том числе те, которые предпочли эмиграцию.
Удивительный режим, ему всё в плюс.
Поэтому оказывать поддержку той части антивоенной оппозиции, которая де факто согласна, чтобы русские продолжали убивать, означает прямое софинансировании целей Москвы.
Надеемся, что Запад таких целей не ставит.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
