Корейская бандеро-тамбовщина

С неподдельным интересом наблюдает мир за военно-полевым романом Путина с Ким Чен Ыном. Как покажут себя вооружённые силы КНДР? Вообще-то чучхейская армия в боях не особо прославлена. Грозный имидж нагоняется массой и репутацией диктатуры.

Но есть в северокорейской военной истории по-настоящему славная страница — антикоммунистические партизаны 1950-х. 15 января 1951 года учредилась Партизанская пехотная группа. Корейские "антоновцы" и "бандеровцы". "Легион "Свободная Корея"... Победили, но не признали победу — пока она не станет окончательной.

Несколько лет назад о них рассказала Руфабула.

"И неслышно шла месть через лес"

Полное название легендарного подразделения — Корейская партизанская пехота Объединённых Наций. Уже этим обозначается всемирное значение 20-тысячного боевого формирования. Мир должен знать, что такое Север Кореи. Это не упырская династия Кимов. Это — командир Чан Чжэ Хва, учитель Пак Сан Чжун, медсестра Ким Вун Сан, солдат Чо Пхён Ун…

Ни один народ добровольно не принимает коммунизм. Корейцы не исключение, северные в том числе. На пятый год коммунистического правления суровый счёт к Ким Ир Сену, его номенклатуре, его партии и его госбезопасности имели миллионы людей.

Особенная жесть творилась в прибрежном регионе Хванхэдо. Стандартный букет партийного беспредела, репрессий и расправ, коллективизации и холуйского культа расцветал по всей Северной Корее. Но здесь добавился особый фактор: Хванхэдо разрезали по живому. Север провинции попал в КНДР, юг отошёл Республике Корея. Само собой, любой контакт с родственником на юге стал на севере госпреступлением. Можно представить, как ненавидели здесь пхеньянских хозяев.

10 тысяч человек взялись в Хванхэдо за оружие задолго до прорыва войск генерала Макартура. Кто были эти люди? Раскулаченные крестьяне. Разорённые мелкие предприниматели. Рабочие и ремесленники, зачисленные в буржуазных пособников. Школьные учителя, вузовские преподаватели. Конечно, бывшие чиновники и полицейские, которые вообще непонятно как прожили эту пятилетку, в каких подсобках пережидали. В общем, практически все социальные группы, кроме коммунистической бюрократии, помещичьей аристократии и крупной буржуазии.

Ничего не напоминает? Вот именно. Тамбовское восстание. Украинская бандеровщина. В лесах практически все. Бандит с полицейским, работяга с профессором, крестьянка с художником идут плечом к плечу. Идеологическая платформа не имеет особого значения. Эсеры так эсеры, националисты так националисты. Достаточно объединяющего антикоммунизма. Главное — снос уродской системы, несовместимой с жизнью. И месть уродам. Для каждого ставшая личной.

Тигры гуляй-поля

Военных навыков не хватало даже у полицейских. Не говоря о крестьянах или студентах, которых всем курсом привёл к партизанам учитель истории Пак Сан Чжун. Потери в 1950-м они несли серьёзные. Но зашкаливала ненависть и непримиримость, силу дарили враги. Учились войне на ходу и боевые уроки сдавали на отлично. Каждый полководец мечтает о таких солдатах. Дуглас Макартур тоже.

Приказ привести корейскую партизанщину к регулярному знаменателю получил от командования войск ООН полковник 8-й армии США Джон МакГи. Кстати, герой Тихоокеанского театра Второй мировой. Бил на Филиппинах императорских самураев, переключился в Корее на коммунистических секретарей. Документально "гуляй-поле" Хванхэдо оформили в подразделение 8-й армии 15 января 1951 года.

Официально назвали: Корейская партизанская пехота ООН. По-английски UNPIK. В обиходе чаще говорилось: Партизанская пехотная группа. Номер части несколько раз меняли: 5816, 8086, 8240 — все эти цифры сделались частью легенды. Как и прозвища: сначала "Ослики", потом "Леопарды", наконец — "Белые тигры". Впечатляющая эволюция, однако. Были на то причины.

Интересно, кстати, сравнить с мощным партизанским движением на оккупированных территориях СССР 1941–1944-го. Которое обычно создавалось совсем по другим лекалам. Сначала формировалось партийное подполье или забрасывалась из Центра разведывательно-диверсионная группа. Вокруг них уже кристаллизовались несогласные с "новым порядком". В Корее же произошло с точностью до наоборот.

Антикоммунистические партизаны стихийно сражались полгода. Как Пак Сан Чжун со студентами — штыками выкапывали северокорейские мины и переставляли их на дороге кимирсеновских танков... Пока на них не соизволили обратить внимание в высоких штабах Объединённых Наций.

Полевого командира Корейской партизанской пехоты звали Чан Чжэ Хва. До коммунизма и войны был частным торговцем. При Ким Ир Сене, конечно, раскурочили. Себе на голову. Вряд ли конфискованные у него товары сколько-нибудь окупили дальнейшие расходы. Каким он был бизнесменом, история умалчивает. Но боевиком оказался — просто самородком.

Винтовка в руках сестры

3 марта Чан Чжэ Хва и его партизаны получили приказ провести разведрейд в городе Саривон. Однако парни явно разошлись. Видимо, накипело. Они атаковали не только несколько военных объектов, но и местную штаб-квартиру кимирсеновской компартии. По приходе доложили об уничтожении 280 солдат и офицеров противника. Таким салютом отметили северокорейцы своё начало в регулярных войсках международного сообщества.

Бойцы UNPIK участвовали в освобождении Сеула. Но главным их делом оставались внезапные боевые рейды, засады, диверсии. Даже на сильно охраняемых и технически сложных объектах. Шквальные залпы из зарослей, скоротечный замес, быстрый отход. Порой освобождали из плена своих. Порой брали в плен чужих. К концу 1951 года Партизанская пехотная группа насчитывала более 20 тысяч человек. Включая китайских перебежчиков от Мао Цзэдуна.

Американское участие ограничивалось сотней инструкторов. Но к ним вполне можно причислить отряд британского капитана воздушной разведки Эллери Андерсона с участием корейских антикоммунистов. Он работал в основном на транспортных коммуникациях. Ребята из партизанского флота под командованием американского артиллериста Джея Вандерпула круто потрепали береговую охрану коммунистов.

Военные результаты известны отрывочно. Задокументированы итоги 1951-го. 69 000 кимирсеновцев и маоцзэдуновцев убиты. Около 900 взяты в плен либо перешли к партизанам. Захвачены и уничтожены 2700 грузовиков и автофургонов. Взорваны 80 мостов.

Что-то кажется сомнительным? Точные цифры доказать трудно, документация сохранилась отрывочно. Но если учесть, что одних китайцев в ту топку было брошено порядка миллиона, а четверть миллиона поставил под ружьё Ким Ир Сен — начинаешь с доверием относиться к словам партизанской медсестры Ким Вун Сан. Она не раз меняла бинты на винтовку. И собственноручно уложила сотню врагов.

Они и мы

"Я сражался за свою страну, за корейский народ. Я хотел закрыть страну собой и разгромить врага", — вспоминает на ветеранском сходе старый боец Чо Пхён Ун. Партизаны каждый год собираются у сельского мемориала на острове Кёдон. За узкой полосой воды виден Север Кореи. Сюда и на другие острова летом 1950-го вытеснили их коммунисты. Отсюда они зимой вернулись с огнём и металлом мстить за погибших товарищей.

Южные корейцы отстаивали свободу своей земли. Американцы и ооновцы помогали южнокорейцам. Но партизаны Объединённых Наций были корейцами северными. Они сражались за свободу всей Кореи, не только Южной. За свержение коммунистического режима в своём доме. Их война не могла закончиться перемирием на 38-й параллели.

Начало переговоров стало для них предательством. Понятно, что они об этом думали, что и кому говорили. Понятно, как это слушали. Не потому ли южнокорейское правительство платит ветеранам UNPIK пониженные пенсии — мол, не служили в армии РК?..

Некоторые, впрочем, служили. Даже больше половины, двенадцать тысяч из двадцати. Но уже после войны, когда 30 апреля 1954-го союзное командование расформировало UNPIK. Другие ушли на гражданку. Третьи, немногие, решились вернуться на север, не смогли остаться без родных. Что с ними стало, неизвестно. Другое известно — были такие, кто вернулся в КНДР воевать дальше.

"Вот их родина, через пролив, — говорит ветеран-американец, ежегодно приезжающий на Кёдон, к друзьям-корейцам. — Там их сердца. Они ждут, чтобы вернуться". А там, за проливом и проволокой, соотечественники ждут партизан. Вот кого — тех, кто ждёт по обе стороны, — реально боялись два Кима и теперь боится третий.

Правильно боится. Так оно и будет.

Владислав Быков