Болезнь слишком запущена

Но тут примчались санитары и зафиксировали нас.
В. Высоцкий

В кабинет главного врача вбежал санитар. Еле переводя дух, скороговоркой сообщил сногсшибательную новость.

Небольшое отступление.

Это самая обычная психиатрическая лечебница, каких немного осталось, потому что пациентов всё меньше и меньше, а врачи собрались самые что ни на есть лучшие из всяких там Кембриджей, Сорбонн, Гарвардов и Стенфордов и вылечивают, паршивцы эдакие, аж до полного и положительного обскурантизма. Правда, в семье психов не без урода, так как некоторые ну никак не поддаются или не хотят поддаваться правильному направлению лечения. Их единицы. А ещё бывают случаи, когда плавное течение лечебного процесса вдруг перерастает в абсурдное сумасшествие, то есть повальное. И тому есть причины.

Продолжение.

Итак, вбегает санитар и с порога предупредительно сигнализирует, то есть намекает.

— Воля ваша, профессор, но у нас, кажется, намечается катастрофа.

— В чём дело, коллега? Успокойтесь, поберегите нервы, нам с вами ещё работать и работать.

— Профессор, новую партию привезли, единую какую-то, по-ихнему. Хотели их по-тихому, спокойно квалифицировать, распределить по палатам, а они погром учинили, говорят, что по-другому с нами не умеют, да и честно не хотят.

— Ну и что же в их поведении вас не устраивает? Надеюсь, они на вас не испражняются?

— Нет, пока бог миловал.

— Ну, и много их там?

— Много, профессор, много. Полстраны.

— Не понял, коллега. Как это полстраны? Какой страны?

— Ну, допустим, пол-Люксембурга. Вас устраивает?

— Н-да. Пол-Люксембурга нам не вылечить. Мощностей не хватит. А если б было пол-Голландии или пол-Италии?

— Перестаньте считать несчитаемое, профессор, там дело совсем в другом. Они все с глобусами. Скупили, а вернее, спёрли где-то все глобусы, и вот они с ними не расстаются. Как приклеенные к ним, так и шастают.

— Глобусы? Какие такие глобусы?

— Какие... Обыкновенные, круглые, на ножке, в школах такие бывают, в других заведениях...

— Что бы это значило? Не припомню, коллега, такого случая в моей практике. Хотя... Навязчивые идеи могут быть разные.

— Так вот, профессор, довожу до вашего сведения, что процесс уже, как мне кажется, зашёл не только далеко, но и слишком глубоко и уже неуправляем. Во-первых... Да что там во-первых! И во-вторых, и в-третьих. Тут чёрт-те что происходит. Лечебница в осаде. Такого не было у нас с Иисусовых времён.

— Как в осаде? Помилуйте, бог с вами. Прошу вас успокоиться.

— Да какое там успокоиться! Посмотрю на вас, как вы успокоитесь. Короче. Один из них, видимо главный какой-то, требует, чтобы его направили в палату 666. Ну нет у нас такого этажа. Поместили его в палату на третьем и пришлось прибить табличку 666 на дверь. Приходится врать. А как он себя ведёт, знаете? Когда у него из рук пытались вырвать глобус, чтоб он не натворил чего-нибудь паскудного, он выгрыз Россию, Абхазию, Осетию, покусал Сирию, Ливию, ЦАР, успел отгрызть четверть Украины и только потом его оттащили от глобуса и унесли, спрятав в сейф. А он вслед уходящим кричал "даёшь Америку" и санитаров бил. Потом с улыбочкой объяснял персоналу, что сильно занят глобальной геополитикой и без глобуса нет ему в жизни смысла. А нашей старшей санитарке ласково произнёс после того, как отбился от неё ногами и кулаками, хватая за интимные места: "Нравится, не нравится, — терпи, моя красавица". Остальным же, с пугающе грубой констатацией было чётко и недвусмысленно заявлено: "Устанете пыль глотать". И было ещё неоднозначно добавлено: "А я к вам своего доктора пришлю". После этого все притихли и вышли. А он остался в своей палате №666. Оттуда потом слышалось иногда: "Убью гадов! Всех перережу! Всем кровь пущу!" А потом было тихо-тихо, как в бункере.

Санитар замолчал. Лицо его покрылось красными пятнами, как от приступа аллергии. Он просто приходил в себя от случившегося.

Профессор сочувственно дотронулся до его щеки.

— Эк вас разнесло, коллега. Так. Симптоматика поведения мне понятна. Налицо признаки утраты поведенческого характера. Я бы даже сказал о наличии гуманитарной катастрофы. В голове. Лоботомия тут не показана. Не поможет, скорее всего. Ну-тес, голубчик, повествуйте дальше, раз уж начали.

— Дожили, профессор, дожили. Сами не знали, кого принимаем и кого ублажаем. Помогаем то есть, мать её. Мы стараемся, помочь хотим. И всё крахом.

— Да что случилось-то? Толком скажите.

— А вот что. Этажом ниже, в палату №66, которой тоже не должно быть на этом этаже, но по требованию пациента обозначили, заселили обследуемого из этой же компании. Тоже с глобусом. На котором Россия была изъедена до дыр и, разумеется, Абхазия, Осетия, Сирия и прочие причиндалы. Себя он провозглашал министром каких-то иностранных дел, а когда его оторвали от глобуса, который унесли в коридор и в сейф, он смачно так обратился ко всем, как на пресс-конференции, по-мидовски, мол, "дебилы, бл**". И потом, когда его в палате знакомили с обстановкой — что где находится, он внезапно возопил и заорал: "Не хочу в ваш шведский клозет, хочу в наш уличный, родной, людской сортир с очком в полу".

Санитар опять отдышался, пришёл медленно в себя и продолжал.

— И вот таких тысячи. Эти — у всех на виду, поэтому о них и речь. А так их тысячи тысяч. В нашей лечебнице только Дума сможет уместиться, да и то вряд ли. Нет у нас такого количества мест. И они неизлечимые. Профессор, вы же сами говорили. Эта болезнь не лечится. Тут даже хирургия и психохирургия не поможет. Ваши слова.

Продолжу. Ещё этажом ниже в палате №6 заселился некий не то Крышас, не то Крысис. Назвал себя ответственным за Конституцию, мать её, и за успехи над ней. И он вдруг сообщает, что слова их вожака значат больше, чем законы и указы и именно потому, что законы и указы можно сжечь, то есть уничтожить, а слова великого кормчего якобы не исчезнут никогда. Что скажете на это, профессор, вы наш главный врач?

— Коллега! Эта болезнь определяется просто — ненасытностью властью, деньгами, развратом, наркотиками, беспределом (особенно для силовых структур) и прочими забавными штучками. А уж как выходить из неё — у меня рецептов нет. А что ещё учудили эти наши клиенты?

— Да я же вам и говорю: просто редеривация какая-то. Сначала прибыли на лечение, привезли их. Потом они разбрелись по лечебнице, ушли в подвал, в коммуникации. Их легионеры разбомбили весь подвал, уничтожили всю инфраструктуру, чтобы мы их не лечили. Они перегрызли провода, переломали трубы горячей и холодной воды, отопления, взорвали газопровод. Аппаратура не работает. Свет горит пока, потому что генераторы работают, и всё.

— Симптоматика говорит о том, что якобы иноземная цивилизация решила покорить землю, чтобы все жили по законам пришельцев. Значит, надо всем миром бороться против этого вируса или многоклеточного существа. А санация мозга в данном случае принципиально невозможна. Болезнь слишком запущена, коллега.

Геннадий Климов