Иго и дилемма "Запад — Восток"

Вести научную дискуссию по игу нелегко, т.к. исторических документов недостаточно, да и понять мировоззрение людей 13–15-го веков нам трудно, а без этого невозможно представить, как это все воспринималось современниками. Кроме того, иго было неодинаковым по содержанию и продолжительности для разных регионов Руси, к тому же эти условия менялись со временем. Так, если выбрать основные признаки угнетения: ярлыки на княжение, обязанность участвовать в походах, кто платил дань, кто собирал дань, наличие администрации и гарнизонов на местах, то получается очень пестрая картина. Новгород и Псков, например, не то что гарнизонов, но и баскаков, вероятно, не видели, а Белая Русь, скорее всего, и дани не платила или это было нерегулярно, а Червоная (Западная) Русь платила нерегулярно до середины 14-го века, в то время как Москва платила и в 15-м веке, и даже в 17-м, но уже "поминки".

По всем признакам получается, что именно северо-восточные княжества пострадали больше и дольше (Владимирское, Рязанское и т.д.). Однако с последствиями, строго говоря, монгольского господства разобраться крайне сложно. Так, в первую очередь при упоминании "ига" возникает вопрос о жестокостях, творимых монголами. Но и тут все не так просто. В связи с этим хотелось бы услышать мнение историков, специалистов того периода, о потерях в результате бесконечных междоусобных войн на Руси в 12–15-м веках. И еще визуальнее, как выглядело, например, взятие города монголами и "своими"? Принесли ли монголы на Русь, в смысле насилия, что-либо новое? Едва ли. По документам мы можем установить факты вырезания целых городов "своими" и в домонгольский период. Вместе с тем монголы действительно объективно помогли стабилизировать ситуацию, правда, это случилось со временем и за большую цену.

Вот мы и переходим к наиболее обсуждаемому вопросу фундаментальных, долговременных последствий монгольского, а по мере их ассимиляции — кыпчакского (в литературе — татарского) господства. И вновь-таки, анализируя документы, мы приходим к парадоксальному выводу — "монгольщину" (в литературе часто — "татарщину") внедряли не золотоордынские (ЗО) ханы, а московские князья, причем этот процесс был длительным, кровавым и не безальтернативным. Ведь еще в середине 15-го века в Залесской Руси существовали три республики (Новгород, Псков, Хлынов), контролировавшие обширные территории на Западе и Севере. Но Московская деспотия оказалась победителем в той борьбе. Деспотические режимы умеют лучше концентрировать ресурсы на достижение определенной цели. Но за это преимущество приходится платить высокую цену.

И Московия заплатила за ту победу принципиальными изменениями фундаментальных основ общественного устройства: отношениями между народом и властью и к частной собственности. Напомню, что на Руси существовали в основном договорные отношения политически активной части социума и власти, а также признавалось и законом защищалось право на частную собственность ("западный" путь развития, см. соответствующее выступление Андрея Илларионова). Эти основополагающие принципы сохранились на Руси и в послемонгольский период (Литовская Русь, Польская Русь, Казацкая Русь), вплоть до конца 18-го века.

Иная ситуация сложилась в Залесской Руси, ставшей впоследствии Московией, Российской империей, СССР, Российской Федерацией (РФ). Там столетиями внедрялся "восточный" вариант общественного устройства. Кстати, наиболее "восточным" в этом смысле правителем был, как это ни парадоксально, Петр I. Он не только ликвидировал все институты, которые могли хотя бы теоретически ограничивать самодержавие (боярская дума, земский собор, земства, патриаршество), но и фактически ликвидировал частную собственность (ЧС). Кроме того, он поставил частную жизнь подданных (своих холопов) под тотальный контроль и посягнул даже на фундаментальную традицию монархии (закон о престолонаследии).

Отследить, как протекал процесс "истернизации", лучше всего по столкновениям, возникавшим по ходу дела. Именно в этом, например, была суть принципиального конфликта Ивана Грозного (точнее сказать: Ивана-Живодера) и новгородских пищальников. Напомню, что новгородцы требовали исполнения договора, а Иван — своей воли, как высшего закона. Т.е. новгородцы в середине 16-го века еще не воспринимали московского царя "по-восточному". Т.о. мы можем предположить, что даже в те времена Русь ("Запад") была еще жива в Новгороде. Так что Иван-Живодер знал, что делал, когда "обнулял" Господин Великий. Подобный конфликт произошел сто лет позже в Переяславе, когда казаки требовали, чтобы царь принял соответствующие обязательства. Для достижения своей цели на этот раз царь выбрал более гибкий метод пряника и кнута.

Чтобы понять, как это работало на практике, сравним по принципиальным положениям два старинных договора: Переяславский (1653) — с Московией и Гадяцкий (1658) — с Речью Посполитой. Первый предусматривал реестр в 60 тысяч, гарантии того, что вся собственность, захваченная в ходе восстания, остается казакам, мещанам и посполитым, но все это царь жаловал своим холопам. Во втором договоре устанавливался реестр в 40 тысяч, шляхте разрешено было возвратиться (вопрос о собственности оставался неопределенным в смысле практического исполнения), части казацкой старшине давался статус шляхты, но все это гарантировалось обязательством короля ("а в случае несоблюдения можете не считать меня своим королем").

Как видим, сделать выбор было не так уж и легко, т.к. за тактическими приобретениями стратегические потери были не сразу заметны. Тогда Украина выбрала тактические выгоды и, извините за выражение, "хорошо попала". Кстати, сейчас она находится в схожем положении.

Да, в политике за все приходится платить, и "истернизация" позволила превратить захолустный острог в царство Московское — Европейскую деспотию, сумевшую не только освободиться от Золотой Орды, но и построить свою империю. С другой стороны, тот же деспотизм и отсутствие права на частную собственность (в "западном" смысле) тормозит развитие России уже столетия. Это становилось все заметнее по мере усовершенствования "западного" общества. Современное положение дел в РФ только подтверждает, как далеко она ушла на "восток". Но исход противостояния на этот раз выглядит вполне определенным, т.к. времена изменились и "запад" уже накопил значительный опыт борьбы с деспотиями, да и ресурсы этих двух систем уже несравнимы.

Юрий Рарог