Культурный бренд. Культурный бред

Андрей Мальгин:

"Надо порекомендовать братве заказывать памятники на могилах погибших воров скульптору Салавату Щербакову. Судя по Калашникову и по монументу в честь "вежливых людей", он отлично чувствует бандитско-кладбищенский стиль".

Егор Алексеев:

"Очередной диковатого вида, портящий вид столицы, монумент комсоргу-самозванцу.
Если проехать до Южного кладбища, что на окраине Петербурга, то похожих строений там не один десяток: "браткам" ставили такие пачками в 90-е.
Неужели стране так скоро понадобится новое "пушечное мясо", что без памятника "автомату" уже не обойтись?"

"На постаменте не помешало бы выгравировать число убитых АК", — пишет Людмила Саакян.

"Из прачечной передают..." — пишет Павел Петров.

Павел Шехтман:

"Вот тут Мединский назвал АК культурным брендом России — точно к моему посту о том, что Россия Пушкина умерла, похоронена и не имеет никакого отношения к Этой Стране, в которой куражатся комсомольские выползки. А культурный бренд Этой Страны — Калашников, совершенно верно. Ну еще Кобзон".

Владимир Козионов:

"Культурным брендом ДидыНиВаивали. Только насаждали русский мир, начиная с Венгрии, когда произошло первое боевое применение АК-47 — это операция "Вихрь" в октябре 1956 года. Войну наши бойцы прошли с пистолетами-пулеметами Шпагина, Дегтярева и Токарева. Лишь на основе автомата Судаева АС-44 в 1949 году начал появляться АК-47 в войсках...Только потому, что В 1946 году в возрасте 34 лет Судаев умер. Как там дела с диссернетом у доктора исторических наук Мединского?"

"Старая поговорка на новый лад: "Когда я слышу слово "культура", я хватаюсь за культурный бренд", - пишет Андрей Чертков.

Михаил Крутихин:

"Вижу в ленте изображения гербов нескольких мест (не самых развитых, мягко выражаясь), где красуется известный автомат.

Про "Партию Аллаха" забыли. Тоже "культурный бренд".

"В приложении к закону РФ "О ветеранах" перечислено 39 войн после 1945 года, в которых участвовали советские/российские военнослужащие. Во всех этих войнах применялся АК-47. И это не полный список", — пишет Юрий Христензен.

Егор Седов:

"Зачем нужен этот странный монумент человеку и автомату в Москве, когда уже есть монумент музыкальный. Гораздо более адекватный".

Карина Кокрэлл-Фере:

"Новинки литературы...((( 
Это РЕАЛЬНАЯ книга ( я сама сначала не поверила). 

Елизавета Бута "Автомат Калашникова — символ России". 
Вот прямо так.
Сто лет назад символом России были ювелирные изделия Фаберже, Толстой, Чехов и дягилевский балет. 
У СССР был космос.
Ну и водка, все же лучше автомата...
Доктор Чехов, Антон Павлович, Вам оттуда ЭТО видно?
Что случится, если по ходу "действия" на условной стене висит автомат Калашникова...?"

Дмитрий Гудков:

"В Москве открыли памятник Калашникову. Он чудовищен. Как чудовищны и все прочие "подарки столице" от придворных скульпторов вроде нынешнего Салавата Щербакова (помимо Калашникова, он же осчастливил нас и князем Владимиром Владимировичем у Кремля).

Я не говорю о том, что памятник Калашникову — это памятник орудию убийства. Не говорю, что Калашников не имеет к Москве вообще никакого отношения. Не говорю даже о том, что позади памятника есть дополняющая его "земная полусфера" с Георгием Победоносцем, нацелившим копье куда-то в район США.

Я даже не буду говорить об эстетических разногласиях с Мединским, Собяниным и иже с ними, которые в детстве не наигрались в солдатики и теперь увеличивают их в сотни раз, расставляя по всему городу.

Я лучше расскажу одну историю. При Сталине в Москве был построен Театр Армии — вы все наверняка знаете это здание у выхода из метро "Достоевская". На его крыше сейчас — просто площадка с флагом, выглядящая слегка незаконченной. Дело в том, что там на самом деле должно было быть завершение — статуя красноаремейца. И этот самый красноармеец должен был бы "охранять" другую статую — Ленина, увенчивающего собой Дворец Советов, так и не построенный монстр на месте нынешнего ХХС, он же бассейн имени Pussy Riot.

При Сталине на монструозного красноармейца не хватило средств и времени. А нынешние власти нашли и средства, и время, чтобы реализовать свои фрейдистские фантазии и запихнуть в центр города статую воооот с таким автоматом. Сергей Семенович, Владимир Ростиславович, может, к психоаналитику?

Вся эта советская, бряцающая железом стилистика, все эти скрепоносные истуканы недолго будут оставаться символами эпохи. Уже просто по факту собственного убожества. А пока москвичи получили очередную пощечину общественному вкусу".

Кирилл Шулика:

"То есть в принципе министром культуры можно назначать Шойгу или старого маршала Язова.

Вообще я прочитал описание, понимаю теперь, что пусть стоит. Это памятник эпохи на самом деле. То есть памятник оружию на фоне фигуры Михаила Архангела. В принципе да, это и есть культурный бренд. Такова у нас культура официозная и навязываемая".

Сабиржан Бадретдинов:

"Россиянам ужасно хочется, чтобы мир считал Россию великой страной, великой цивилизацией. Для России характерна патологическая одержимость самолюбованием, самоидеализацией, самовосхвалением.

Каждый мало-мальский учёный (не говоря уже о выдающихся) который в детском возрасте или младенцем уехал на Запад и там чего-то добился, используется как аргумент, доказывающий величие России.

Конечно, каждый народ (абсолютно без исключения) любит хвалить себя, но не у каждого народа есть такое обсессивное стремление унизить, оскорбить и обосрать все другие народы.

Какие только изобретения не приписывались России — и велосипед, и радио, и телевидение, и самолёт, и даже компьютер. "Автомат Калашникова" — это лишь один из таких мифов.

В условиях современной, полуфашистской России, памятник человеку, приписавшему себе чужое изобретение, назначением которого является убийство людей — это свидетельство культа смерти и морального разложения страны, а не её величия".

"Калашникову с калашниковым памятник поставили, а где памятник Сахарову с водородной бомбой!? На Тверском бульваре! Водородная бомба ведь тоже культурное достижение! И Сахаров не хухры мухры", — пишет Эд Якушин.

Алексей Смирнов:

"Про автомат: злобствуете, ненавидите все русское, хлебушек тоже небось презираете, топчете; березоньку ломаете, в реченьку ходите по нужде. Но ничего. Поставим памятник и хлебушку, и березоньке, и реченьке. Последней — в натуральную величину".

Он же:

"Общественность возбудил памятник Калашникову. Что тут сказать? Мое отношение к памятникам лучше всего сформулировано у Олега Григорьева. Хотя нехорошо так говорить, он меня знать не знал и моего отношения не формулировал.
"Кто-то не поленился,

Бросил кирпич в монумент,

От героя отбился

Самый важный фрагмент".