1.
Два дня подряд (точнее, пол-дня, день и еще пол-дня) общался с ребятами из НКО Приднестровья. Того самого Приднестровья, которое непризнанное недо-государство, где замороженный вооруженный конфликт уже четверть века, и вообще, если кто про него и вспомнит, то сразу же скажет, что там, поди, ужас-ужас-ужас. И пригласили меня рассказать им, что делать и как себя вести при обысках, арестах, задержаниях и т.п. – все точно ложилось в масть. И встречались мы в Одессе, т.е. вроде как на нейтральной территории…
Но что-то с самого начала пошло не так. Нет, ребята замечательные, совсем не провинциальные, вполне в курсе всего, что творится в мире, но… делающие своей НКО кучу обычных, нужных, полезных дел: проводя фестивали документальных фильмов, дискуссионные клубы, лекции и семинары, оказывающие юридическую помощь жителям городов и сел, организующие выставки современного искусства и музыкальные концерты. Рекламирующие их, кстати. Получающие при этом гранты от Евросоюза и, страшно сказать, от NED. НКО, которую тамошние власти терпят, даже дают жить и – нет-нет, правда! – иногда даже сотрудничают с ними.
Да, тучи, конечно гуляют (иначе не приглашали бы меня рассказывать о том, о чем я рассказывал), но как-то больше на горизонте. Да, риски, конечно, есть, но пока больше теоретические или локальные…
Вот я и чувствовал себя все эти два дня "не так" - чувствовал себя в отпуске с фронта. Такие два дня без войны. Которая привычно для нас идет в нашей стране. Настолько привычно, что мы уже перестаем понимать, как может быть иначе.
"Вы там держитесь, на войне!" - сказали они прощаясь. И я поехал в аэропорт. Увольнительная с фронта заканчивалась.
2.
Я летел над всей Украиной и над половиной Белоруссии с юга на север, а потом из Минска на восток над Белоруссией и Россией в Москву. День был ясный и сидел я у иллюминатора. Сидел и смотрел на землю внизу. На сплошь возделанную землю от Одессы до Полесья, на сплошь возделанные поля, выкроенные среди Полесских лесов, на сплошь обихоженные поля в Белоруссии до российской границы – и на зарастающие кустовьем, давно заброшенные поля в России – от границы и до Москвы.
Не до полей. Что же делать, мужчины ушли, побросавши посевы до срока. Вот, уже их не видно из окон – потерялись в дорожной пыли…
Война, не до полей.
3.
"Добро пожаловать в Одессу!" - улыбнулся мне пограничник, мигом поставивший штамп в моем паспорте в аэропорту. Только на третий день, увидев полицейского, в жарком мареве лениво спускающегося к морю, я вдруг понял, что два дня их не замечал вовсе.
Симпатичная девушка на пограничном контроле в Домодедово рассматривала мой российский паспорт столь долго и пристально, как будто это был паспорт неведомого государства Кирибати, не меньше. Перед зданием аэропорта стояло с десяток полицейских и автозак. Выйдя из Павелецкого вокзала по прибытии на Аэроэкспрессе, первые, кого я увидел, были то ли полицейские, то ли нацгвардейцы в камуфляже и с автоматами на груди. Новыми, последней модели. Не за спиною - наперевес.
Отпуск с фронта закончился.
Все должно в природе повториться: и слова, и пули, и любовь, и кровь – времени не будет помириться.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
