Что творится с концепциями?

"Он ждал реакции американцев. Хотел взять их на слабо. Не проканало. Тогда дал заднюю и теперь говорит, что это не наш подход.

Сдулся мальчик. Понты не помогли: фраер оказался с норовом. А драться с таким бугаем никто и не собирался…"

"Короче, расходимся. Путин смотрит телевизор в записи, с задержкой в два года. У него только мишка олимпийский улетел. Скоро про Крым узнает и осудит", — замечает Тимур Олевский.

Егор Седов:

"Сразу несколько событий.
- Актер, выступавший за "новороссию" и даже угрожавший Порошенко лично, совершает… скажем, поступок, от которого перекорежит любого нормального собачника (любого нормального человека, разумеется, но уж собачника — в особенности).
Кто собачник, надо уточнять?
- Некий байкер допускает оскорбительные высказывания в адрес режиссера. Режиссера — сына гениального отца, руководителя отцовского театра. С которым у многих людей (и очень известных — в том числе) связаны воспоминания юности.
А с байкером что может быть связано? На мотоцикле покатались вместе?
- А есть еще и история с запретом рок-оперы "Иисус Христос — суперзвезда". Точнее, даже не с запретом, а с жалобой группки т.н. "общественников" — и с почему-то поспешной реакцией театрального руководства, которое на такие бумажки вовсе никто не обязывал хоть как-то реагировать.
А опера непростая, очень непростая. Похоже, насчет нее еще не успели доложить… Думаю, доложат, всему свой черед.
А некоторые провластные (точнее, ходящие под какой-то из башен) блогеры, уже успели пройтись и по выступлению Константина Райкина, и по опере: мол, обязано искусство учитывать интересы "общественников"! (Ну, как всегда, у них идет подмена — группку "общественников" называют словом "народ", хотя и сам Константин Райкин, и поклонники "Сатирикона", которых на порядки больше тех "общественников" — это, между прочим, народ).

"Провластные" блогеры не понимают собственной дурости.
Потому что все яснее вырисовывается весьма и весьма гневная картинка.

P.S. А сверх того — любимый телепропагандист наехал на любимого евроскептика (это когда любой голос в ЕС — на вес золота)".

Дмитрий Гудков:

"Вот я и ошибся. Кремль таки осадил одного из участников "дискуссии" — "мотоциклиста" Хирурга. Мол, грубиян, его, наверно, бес попутал, сказал Песков.

А цензуры у нас все равно нет. Пресс-секретарь не смог вспомнить ни одного случая.

И тут, конечно, предложение начать дискуссию о словах: что такое цензура, нету же штампа "дозволено", отменили, значит, все в порядке. Считать ли цензурой спор хозяйствующих субъектов? Внезапные разрывы договоров, выселения из зданий, увольнения за несогласие с руководством, угрозы и избиения.

Нет. Это не цензура, значит, все у нас со свободой слова в порядке. Просто ее почему-то нет.

Уничтожение тиража газеты? — Судебное решение. "Экстремистские" книги-фильмы-сайты — опять же суды борются за нашу безопасность, Вася Ложкин не пройдет. Цензура ли это?

Мы никогда не договоримся с пресс-секретарем. За словами можно хорошо прятать смысл, но он этого не изменится. Как ничего не изменится и от того, что мотоциклист извинится".

Александр Тверской:

"А теперь вдумайтесь: Кремль призвал байкера извиниться перед режиссёром, который выразил претензии Кремлю. А за Кремль, как раз заступался байкер. И тут высказались все. Всех возрастов и профессий. И я в том числе. У вас нет ощущения тесноты душной коммунальной прихожей? Так и вижу эту суету, наступают друг другу на ноги, скалятся, переругиваются — "Это моё пальто!", "Не врите, вы пришли в куртке", "А вас вообще никто не звал!" Голоса с кухни: "А извиниться бы надо", "Вопрос сложный, но шумят больно сильно", "Да пошли они все, наливай давай". Это государство? Страна? Общество? Это нервический междусобойчик по понятиям в одной большой клетке".

Антон Желнов:

"Уверен и в тайне догадываюсь (видел реакцию своего визави), что и обращение к "мотоциклисту" покаяться и защита, пусть и косвенная, позиций Райкина ("огромный талант") и Звягинцева ("уважаю точку зрения") — это не от идеологии или наступившей оттепели, а от классовости и к этой классовости близости. В конце-концов, тот, кто отвечал или еще выскажется по этому поводу, делит одни рестораны, машины, праздники не с хирургом, а с Райкиным и Звягинцвым. Ну и хорошо. Классовость всегда же выше идеологии была и есть в России".

"А у нас вообще не принято извиняться. Ему было у кого учиться", - комментирует Надежда Терлецкая отказ Залдостанова по кличке "Хирург" извиниться перед Константином Райкиным.

"Дерзкий какой… Ну ничего, это ненадолго", — считает Кирилл Шулика.

Он же:

"Специально обученные люди уже выехали за извинениями.
Вот, кстати, былью стало "Собачье сердце". Пригрели люди "мотоциклиста этого", а он стал руки о занавески вытирать, Зину по углам мять, за кошками гоняться и со Швондером дружбу водить. Теперь придется опять на операционный стол".

"Надо, чтобы Рамзан Ахматович попросил. Ручаюсь, что через час после такой просьбы мы улицезреем товарища Залдостанова, ломающего шапку у входа в Театр "Сатирикон" и берущего назад все слова, включая будущие", — пишет Александр Фельдман.